На главную


17.11.2009
Василий Устинов


Лунгин, Познер, Мамонов и "Царь"
(по беседе на 1-м канале Познера и Лунгина в программе "Времена",
сразу после выхода фильма "Царь")



 

Помните, что Отечество земное с его Церковью
есть преддверие Отечества Небесного,
потому любите его горячо и будьте готовы
душу свою за него положить…
Св. прав. Иоанн Кронштадский.

     Наконец-то Павел Лунгин лично с экрана 1-го канала откровенно и последовательно высказал свое отношение к основным вопросам российской истории.

     Талантливый художник является пасынком своей Родины. Как сторонний наблюдатель он оказался способным воспринять лишь критическое отношение к личности Иоанна Грозного, широко введенное в русское общество ещё либералом Карамзиным, учеником и соратником первого русского масона Новикова. Надо отметить, что Лунгин идет дальше - он грубейшим образом сознательно искажает историю правления первого русского Царя.

     Павел Лунгин, как практически каждый российский еврей, не имеет и не может иметь той высокой не осуждающей сыновней любви к России, которая превыше любого ума человеческого; он всегда холодный наблюдатель, критически и якобы "объективно" воспринимающий историю и роль нашей Родины в мире. Для него Россия - по многим признакам - лишь страна пребывания. Его отношение к России - весьма болезненное чувство от невозможности сосуществовать с ней в истинной любви, в не умствующей, но жертвенной любви отца и сына, матери и дочери, любви не анализирующей, как плох или хорош его отец или мать, но готовой поразить любого, восставшего на твоего родителя или ребенка. Все это напоминает оценку Георгия Свиридова, данную им трагедии другого талантливого российского художника - Александра Солженицына: он всю жизнь пытался быть русским гением, но ему так и не привелось им стать.

     Лунгин - умнейший и талантливейший человек, тщетно стремящийся своим иудео-протестантским сознанием осмыслить историю православной России. Ему безумна сама мысль, что миропомазанный и благословленный на царство восточными патриархами русский "Царь суду земному не принадлежит, он ответчик только Богу". Как и две тысячи лет назад, эти мысли ему: "для иудеев соблазн, а для эллинов безумие". Он искренний враг всего русского, сознательно искажающий историю правления Иоанна Грозного.

     Лунгин и Познер испытывали истинное удовольствие от смакования темных сторон российской истории времен Иоанна IV, немало не заботясь, что своей "объективностью" наносят оскорбление русскому сознанию. Они пребывают в искренней уверенности в необходимости искоренения этой так ненавидимой и проклинаемой ими "богоизбранности" и мессианского предназначения русского народа, всего того, что принадлежит исключительно им - ветхозаветным евреям, распявшим и до сих пор отвергающим Спасителя и Господа нашего Иисуса Христа.

     С братолюбивой болью и горечью хочется отметить недальновидность и порочную деятельность наших русских актеров: Мамонова, Янковского, Кузнецова, Охлобыстина и многих, многих других. Отчасти за деньги, отчасти растерявшие за последние времена глубинные национальные приоритеты, а отчасти ради безумной человеческой славы они участвуют в грубейшем искажении и переосмыслении российской культуры и ее истории, немало не заботясь о том воздействии на миллионы своих и так оболваненных сограждан (теряющих уже остатки русского самосознания), которое производит их труд, зачастую осуществляемый под руководством если не откровенных врагов России, то уж во всяком случае не истинных сынов нашей великой Родины. Сие зло, как говорится, им не простится, сколько бы не говорили они о величии киноискусства, которое, в виде соответствующей продукции, наносит отчетливый вред России. Где, к примеру, их ответственность за ту концепцию исторического осмысления истории России, которое воспроизвел Лунгин в своем совсем не русском "Царе"? Что об этом думают Алексей Петренко и иже с ним о своих Распутиных, многочисленных Николаях II-х и и Сталинах??? Как себя чувствуют те, кто участвовал во многих лживых и безобразных фильмах о Великой Отечественной войне в постперестроечное время?

     Не знают они, скорее всего не хотят знать и гонят от себя эту мысль, что их лицедейство есть ни что иное, как непосредственное участие в искажении нашей российской истории, что они несут личную ответственность за внедрение лжи и соблазна в души наших соотечественников. Всем им опять и опять надо глубоко задуматься над словами:

- … невозможно не придти соблазнам, но ГОРЕ (выдел. автор) тому, через кого они приходят; лучше было бы ему, если бы мельничный жернов повесили ему на шею и бросили его в море, нежели чтобы он соблазнил одного из малых сих. (Лук.17:1).




Отзывы и статьи.

Подлые люди.
Александр Горбунов.

После лунгинского «Бомжа» царские палаты придется долго отмывать …

Показ предваряло тотальное присутствие Лунгина в телевизоре. «Островитянин» был важен и являл собой что-то среднее между художником и ремесленником со сметливым глазом. Получив неслыханный пиар, он был более чем уверен в большой ценности и значимости произведенного им продукта.

Надо думать, считает совершенное удачей. Если, конечно, полагать, что удача - изображение московского правителя и его простых подданных (по терминологии старой Руси «подлых людей») в качестве сборища уродов во главе с суперподонком. На самом деле фильм - всего лишь иллюстрация того, как трусливая и мстительная подлость может принимать самые художественные формы, как и указание на подлость в современном ее понимании.

Но вот во всех кинотеатрах страны захрустел в бумажных ведерках телезрителей попкорн. Пережевывая его в темноте залов, зрители приготовились проглотить модный исторический «блокбастер».

Прошло некоторое время и на экранах появился тот, о ком Канны оповещали устрашающе крупной латынью: «TSAR».

Царем, тем более с большой буквы, тем более первым русским царем назвать обеззубевшего Петра Николаевича Мамонова невозможно. С первых же минут зритель должен был понять, что предстоящие два часа он обречен видеть карикатуру на Грозного царя, скопированную при помощи гримеров и подсветок с весьма спорной в историческом отношении картины Репина «Иван Грозный убивает своего сына».

Цифры и закадровый голос, предваряющие картину призывают поверить, что речь идет о событиях, начинающихся в 1565 году по Р.Х. Выбор даты, конечно же, не случаен - в этом году создана Опричнина. Правда, в этом же году в стране начинается книгопечатание, но это не помещается в кадр. В него вообще мало что помещается, кроме подчеркнутой неумытости и непричесанности русских, напяливающих на голое тело расшитые азиатские кафтаны. Русские азиаты импозантно суетятся. Жестокая резня среди частокола небрежно отесанных бревен и пыточных подвалов.

Очевидная антиисторичность фильма - тема отдельного разговора. Сразу только надо заметить, что сдача Полоцка московскими войсками, являющаяся осью «кровавого» сюжета произошла много позднее описываемых событий. Но самое главное - по поводу убийства царем Иоанном руками своего верного слуги Малюты Скуратова святого митрополита Филиппа Колычева у историков имеются большие сомнения.

В частности, известно, что соловецкое "Житие Митрополита Филиппа", лежащее в основе обвинений было написано личными врагами Святителя, которые за клевету на него были заточены царем на покаяние в Соловецкий монастырь. Так, один из ведущих специалистов-историков в области исследования источников по XVI веку, д.и.н. Р. Г. Скрынников указывает, что "авторы его не были очевидцами описываемых событий, но использовали воспоминания живых свидетелей: «старца» Симеона (Семена Кобылина) и соловецких монахов, ездивших в Москву во время суда над Филиппом".

«Монахи, ездившие в Москву» - те самые монахи, которые были лжесвидетелями на суде против своего игумена. Причем их показания послужили единственным основанием для осуждения Собором Митрополита Филиппа. Что до так называемого «старца» Симеона - это пристав Кобылин, ему было поручил охранять жизнь Святителя в Отрочем монастыре и по чьей преступной халатности «Святитель неизвестно кем был задушен в своей келье» (из летописи Тверского Отроча Монастыря).

В свою очередь святитель Димитрий Ростовский (+1709), который тщательнейшим образом изучил все имевшиеся факты и документы по данному вопросу, составил канонически безупречное житие св. Филиппа. В этом тексте нигде не упоминается о том, что царь как-либо причастен к кончине митрополита. Впрочем так было в житии, составленном непосредственно Димитрием Ростовским и изданном до XX века на церковно-славянском языке. Однако, в начале XX веке профессора, «переводившие» труд на русский язык совершили явный подлог: под предлогом «исправления ошибок», вместо жития Димитрия Ростовского (где черным по белому говорится о невиновности Царя), вставили, дополненное Карамзиным «соловецкое житие». Увы, сейчас переиздается именно этот, «исправленный» в начале XX века текст Четьих Миней, который к свят. Димитрию Ростовскому вообще не имеет отношения.

К сожалению, карикатурным в фильме оказалось не только внешнее описание царя, но и изображение внутреннего мира этой сильнейшей противоречивой, терзаемой опасением боярской измены и страхом перед Судом Божиим личности.

Надежда на попытку такого понимания появляется в начале повествования и обязана она, конечно же, артистическому гению Олега Янковского.

Когда он одновременно с Мамоновым появляется в кадре, создается ощущение первого приближение к исторической реальности. Как большой актер, Янковский, вступая в серьезный диалог с партнером «приподнимает» того на уровень стоящей проблемы и глубокого многомерного видения. Впрочем, где-то с середины ленты сюжет окончательно скатывается в банальное «обличительство» и митрополит Филипп, как персонаж, становится все больше зажатым в рамках жесткой трактовки режиссера.

Поворотной точкой, после которой рассыпается выстраиваемое Лунгиным кинопослание, становится сцена потравы «узников режима» огромным медведем и убийство этим же медведем юродивой девочки на глазах завороженно-восторженного царя. Искомая до сих пор многими на Западе тема «медведей, ходящих по улицам Москвы» доведена до жестокого абсурда. И изначально привезена, заметим, в Канн.

Правда, западные зрители, критики и киноведы за прошедшие 20 лет настолько устали от поношений России российскими же режиссерами, что в данном случае отреагировали вяло. Тем более, и Россия уже не так грозна, а стало быть и менее интересна самобичеванием и «вывертами» своих режиссеров как прежде.

Апофеозом предвзятости фантазий на темы «мрачного средневековья» становится сцена, в которой опричники, как самые ярые большевики, убив Филиппа, сжигают защищающих его тело монахов живьем, вместе с церковью, в которой они укрылись. Между тем во времена Ивана Грозного за поджог строения с людьми (а уж тем более монахами) полагалась (как и за государственную измену) смертная казнь. Но главное: такого быть не могло по существу, с учетом богобоязненности всех (в том числе и опричников) людей того времени. Разумеется, никакого своевольного «снятия с должности» митрополита царем не было, как и дикой сцены избиения святителя в храме. Митрополит был низложен в соответствии с юрисдикцией своего времени на церковном Соборе, причем по обвинению оболгавших его «духовных лиц».

Конечно же, Иван Грозный, как и сама Московская Русь гораздо сложнее, чем их представляет себе Павел Лунгин. Народ здесь вовсе не те бессловесные чучела, что были явлены валяющимися и ползающими на коленях по снегу. Грозный царь был обожаем свободолюбивым и далеко еще не столь закрепощенным московским людом. Как свидетельствуют многочисленные описания, это был очень умный, широко образованный, красноречивый, физически крепкий, одаренный яркой внешностью и сильным голосом человек.

Кроме того царь был не суеверен и не суетливо набожен, как показано в фильме, но глубоко религиозен. Полное осознание существования Бога и его Суда одним из следствий имело для него каждодневное переживание духовной катастрофы, гибели собственной души, душевную муку. Общеизвестно, как глубоко он каялся за те преступления, которые, возможно, совершал в ходе преследовании изменников Отечества. Правда, к подобному состоянию именно измены его чаще всего и приводили.

Теперь все больше оснований считать, что многие близкие ему люди, в том числе любимая жена Анастасия, действительно были отравлены. После смерти Анастасии царь уже никогда не смог найти семейного счастья и с каждым годом оставался во все большем одиночестве. Решение утвердить опричнину, перейти к более суровым мерам, пришло не сразу, а под непрекращающимся потоком государственных измен.

Того же, что было сделано за время правления Иоанна IV «положительного» и перечислять не стоит. Достаточно вспомнить присоединение Сибири, от которой Россия сих пор «кормится».

Печально, но мы не видим на экране никакой трагедии монарха, централизовавшего и вырвавшего Русь из разряда околоточных государств, осознавшего себя царем «Cвятой Руси» и воителем за вселенское Православие. Мы видим Петра Мамонова, мечущегося в пространстве, явно превышающем его собственный масштаб. Взгляд не грозен, но скорее растерян или временами озлоблен. Поступки также не грозны и не решительны, а истеричны, порой мелочны. Раскаяние неискренно и заполошно. Естественно, логичным выводом из предложенной трактовки будет только один - история Руси представляет собой неистовую тиранию, причем самую убогую и варварскую.

Но как видит героя своего фильма сам режиссер? Приведем несколько высказываний.

«Антихрист будет именно таким. Он будет очень религиозным. Потому что он будет имитировать Бога на земле и объяснять свою жестокость глубокой верой и служением Богу».

«Мне кажется, просто нельзя не почувствовать, что народ сейчас взывает к новому Ивану Грозному. Он вдруг опять стал сверхпопулярным человеком в России».

«Мне кажется, что Грозный в силу своей личности такой невероятной - очень много было в нем силы, безумной - он как бы остановил тот естественный процесс развития и надломил что-то и не допустил Возрождения».

«Грозный стал первым царём в российской истории, который воевал со своим собственным народом»

Кроме того, в одной из бесед с журналистами Павел Лунгин замечает, что обсуждение Ивана Грозного в проекте «Имя России» - позор. «Мне показалось, что Грозный стал неким мифом. Как будто бы Россия не прошла какого-то исторического психоанализа».

Если присмотреться, то мы не увидим ничего нового по сравнению с теми клише, которые уже давно выработаны по отношению к первому русскому царю, как западной, так и отечественной либеральной историографией. Начало положил предатель князь Курбский, бросивший, как известно, не только служение царю и Отечеству, но и собственную жену с детьми.

При этом все отсылы к гораздо более жестокой и кровожадно-истребительной западной Европе того времени (Варфоломеевская ночь и т.д.) как правило бесполезны...

За прошедшие пять столетий об Иване Грозном насочиняли много всяких небылиц. В искусстве он, то демонизировался (упомянутая картина Репина), то, напротив, абсолютизировался в угодном властям формате (фильм Эйзенштейна «Иван грозный»). Произведение Лунгина, отличающееся откровенной ходульностью в изображении, увы, не стало откровением.

Между тем народ упорно желает знать об Иоанне IV «позитив»: что он присоединил Казань и Астрахань, что был грозен, что боролся с боярами за сильную крепкую Русь, что при нем построили собор Василия Блаженного. К счастью, слишком прямолинейно сконструированный фильм народного мнения, во многом, конечно, упрощенного, но все же ухватывающего суть, изменить не сможет.

Пройдет немного времени, хитрый «мститель» Лунгин, как и недалекий «мудрец» Мамонов осыплются с царской мантии подобно мертвым насекомым. Наказание за столь непотребную клевету неизбежно, только если не брать в расчет того, что, возможно, создатели звероподобно-безумного образа Руси и ее самодержца сами себя считают людьми кончеными, а потому ничего не боятся.

P.S. Поклон Олегу Ивановичу Янковскому за перевоплощение, за большой труд подведения зрителя к пути, которым возможно идти к святости. В данном случае важна не сюжетная линия, но создание на экране цельного образа сильного русского человека, наделенного мудростью, внутренней свободой, способностью к любви и духовному преображению. Живописать средствами актерского искусства путь к святости - труднейшая задача для артиста. Янковский с ней справился, поставил светлую и победную точку в удивительной кинобиографии.

___________________

Считаем необходимым добавить статью историка Вячеслава Манягина: "Фильм "Царь" должен быть изъят из публичного проката", взятую нами с Русской линии.

Известный исследователь царствования Иоанна Грозного направил открытое письмо Президенту России …

Писатель и журналист Вячеслав Манягин, являющийся автором исследований о царе Иоанне Грозном "Апология Грозного царя", "Царь воинствующей церкви: Иоанн Грозный в иконографии XVI-XVII вв.", "Правда Грозного царя", "Иоанн Грозный без лжи и мифов", обратился с открытым письмом к Президенту России Дмитрию Медведеву в связи с выходом на экраны фильма Павла Лунгина "Царь", сообщает сайт издательства "Алгоритм". Копия письма также направлена в Комиссию по противодействию попыткам фальсификации истории в ущерб интересам России.

"В романе советского писателя Чингиза Айтматова "Буранный полустанок" есть образ манкурта - человека, лишенного памяти о прошлом и обращенного в раба. Но точно так же и любой народ, лишенный своей исторической памяти, превращается в коллективного "манкурта", в материал для удобрения т.н. "цивилизованных наций". Именно это пытаются проделать сегодня с русским и другими коренными народами России. В качестве орудия используется искусство, в частности - кинематограф", - пишет В.Манягин.

"В последнее время целью фальсификаторов стал ключевой момент в отечественной истории - создание в XVI веке Московского царства и олицетворяющий этот процесс первый русский царь - Иоанн IV Грозный. Фильм П.Лунгина "Царь", широко разрекламированный всеми российскими СМИ, не только искажает историческую правду, но и роняет престиж России в глазах всего мира. Вот лишь некоторые примеры откровенной фальсификации истории, из которых целиком состоит фильм "Царь".

1. Фильм начинается со лжи - когда бегущие по экрану титры создают для зрителя "вводную", не соответствующую действительности: якобы, в 1565 году польский король Сигизмунд завоевывает русские города, в стране царит голод, опричники залили страну кровью. Как результат - поляки захватывают стратегически важный Полоцк, что приводит к ужесточению террора. На самом деле война для России шла успешно, русские заняли у поляков города в Прибалтике, а Полоцк останется во владении России еще 14 лет - до 1579 года.

2. Массовые казни. Согласно источникам, за весь период правления царя Иоанна Васильевича было казнено не более 4-5 тысяч человек. Что ни в какое сравнение не идёт с правлением, например, современника царя Иоанна IV, французского короля Карла IX, по распоряжению которого за одну Варфоломеевскую ночь католики перебили во Франции 30000 протестантов. В том же XVI веке в Англии только за бродяжничество были повешены 70000 человек. Эти цифры доказывают, что особая "кровожадность" Грозного царя - домыслы фальсификаторов.

3. Другая ложь - избиение опричниками во главе с царем митрополита Филиппа в храме и сцена посещения свергнутого митрополита государем. Никаких документальных подтверждений этих сцен, как и того, что царь Иоанн IV имел какое-то отношение к смерти митрополита Филиппа, не существует", - отмечает писатель.

"Однако создателей фильма это не волнует, - продолжает В.Манягин. - Они творят на экране кровавую фантасмагорию: безумный царь-параноик с вечно открытым ртом, из которого торчит блестящий вампирский клык, злобная истеричка-царица, кровожадные псы-опричники... Непрерывный калейдоскоп кадров, в которых мелькают виселицы, куры с отрубленными головами, кровь. Авторы фильма старательно создают образ кровавого Апокалипсиса во главе с царем-Нероном, сидящим над деревянным Колизеем, где медведь рвет на части живьем верных и праведных слуг царя. Вместе с царем наслаждается кровавым зрелищем и простой народ: вопит от восторга, машет руками, пучит глаза - вот-вот начнет делать ставки. И это не единственные в фильме кадры, где русский народ выглядит как дикое кровожадное быдло. Таким же его изобразили в сцене поставления на митрополию святителя Филиппа, когда толпа бежит ловить брошенные монеты".

"Царь Иван Грозный вызывал и вызывает ненависть врагов России по одной причине: он возвеличил ее политическую роль в мире, ее экономическое и военное могущество. При этом царе территория государства увеличилась в 2 раза - с 2,8 млн кв. км до 5,4 млн кв. км, были завоеваны царства Казанское, Астраханское, Ногайская орда, Северный Кавказ, Западная Сибирь, население увеличилось более чем на 30%, введена выборность местной администрации, создана сеть начальных школ, организовано книгопечатание, создана почтовая служба, регулярная армия, основано 155 новых городов и крепостей. Иоанн Грозный был великий государственный деятель и патриот, он заложил основы современного Российского Государства, и мы не можем позволить порочить его честь и достоинство, честь и достоинство нашего народа, извращать историю нашей Родины и умалять заслуги наших предков, создавших великую страну. Фильм "Царь" должен быть изъят из публичного проката в кинотеатрах и, наравне с порнографией, разрешен только для частного просмотра на домашних видеоустройствах", - заключает Вячеслав Манягин.

________________

Литературная газета. Пётр СОКОЛОВ.

Утонувший «Остров»

ПОВТОРНЫЙ СЕАНС

Часто так бывает, что фильм или сериал, который поначалу вызывал отторжение, через пару лет вдруг начинает нравиться. Бывает и наоборот – меняется время, меняемся мы. Три года назад «ЛГ» крайне благожелательно откликнулась на премьеру «Острова» Павла Лунгина («Поклонение Мамонову», Александр Кондрашов, – 2006, № 50). Фильм казался поистине островом чистоты и покаяния в мутном море бессовестного отечественного кинематографа. Его столько раз показывали по ТВ, что он превратился в явление не только телеэфира, но и всей культурной жизни. Павел Лунгин, до «Острова» создавший «Такси-блюз» (знамя чернушного перестроечного кино) и «Олигарха» (гимн людям типа Бориса Березовского), после снял крайне неудачную «Ветку сирени», ещё что-то и, наконец, программного «Царя», который заставил даже тех, кто восхищался «Островом», взглянуть на него другими глазами. Предлагаем вашему вниманию мнение человека, который и три года назад не восхищался.

Давно собирался написать о прогремевшем фильме Павла Лунгина, но не получалось. Не хватало чего-то главного, самого последнего аргумента, который снял бы собственные сомнения по поводу «Острова». Дело в том, что мои ощущения от этой картины сразу были резко отличны от восхищённых оценок почти всех. Причём как со стороны самого «прожжённого» телевизионного сообщества, так и близких мне по духу людей, включая многих священников. Поэтому внутри роились тоскливые мысли о собственной неадекватности…

Но потом вдруг начал слышать высказывания о фильме, созвучные с моими представлениями. От тех, кто ещё недавно был его восторженным поклонником и, посмотрев вторично, почти полностью разочаровался. Поэтому когда недавно телеканал «Россия» поставил «Остров» уже в который раз в прайм-тайм, решил смотреть снова и насквозь. Несмотря на рекламу. Первое, что поразило, – её количество. Шесть или семь блоков почти на сорок минут – просто невероятно. Значит, считают, что материал терпит, продаётся и так… Нет, не буду разбирать всю работу. Позволю отметить лишь некоторые моменты и настроения. Стоило появиться чёрно-белым кадрам из военного прошлого – сразу стало ясно: герой убьёт своего напарника. Ещё немцы не появились, а это было понятно. Может быть, только мне… То есть по схеме надо совершить страшный грех. Именно по выдуманной схеме, в которую заталкивается всё остальное… Надо показать зрителям несовершенство людей, их неблагодарность и неверие – получите сцену исцеления мальчика… Но – мать никогда никуда не уедет с ребёнком против воли человека, который чудесным образом на её глазах поставил его на ноги. Никогда! Ни в какое время – ни в нынешнее, ни в советское, ни в сталинское. Останется жить при монастыре, прислуживать, в тюрьму пойдёт, иначе она ни к какому старцу не поедет, но тут – схема требует… При этом великолепная игра актёров: чувствующий, глубоко переживающий Дюжев, филигранный Сухоруков, замечательный Кузнецов. И потрясающий, опрокидывающий «форматы» Мамонов. Есть поставленные на них же изумительные сцены, как с «сапожками» и «одеялками», всё так…

А в итоге – это лишь моё мнение – получился фильм о «православном супермене», всеведущем и всезнающем. Иначе зачем эта тирада о том, что-де у женщины на работе трубу прорвало и всех в отпуск отправили. Она ведь ни для женщины, ни для старца ничего по фильму не решает. И по сюжету не мотивировано. Азазелло и Коровьев в «Мастере и Маргарите» могут так сказать, а реальный старец – нет. Это для зрителей, чтобы поняли – перед ними «сверхчеловек». Вот тогда всё понятно и в итоге в «формат» уложено.

Ни в коем случае не претендую на то, чтобы изменить сложившееся мнение тех, кто принял фильм иначе, но да будет и мне позволено поделиться своим: если закрыть глаза и представить «Остров» – сразу возникает сумрак. В картине о самом светлом – о Вере – света очень мало. Во всех смыслах не хватает. Вместо родного монастыря, пусть со всеми трудностями и трагедиями, у меня возникает образ сумрачного, чужого замка с запахом прели и сырости. Со своими правилами и виртуальными персонажами, которые называются «монахи». Быть может, потому, что делал фильм человек, от православия, от веры очень далёкий. Или вообще к ней не принадлежащий, профессионал из другого, чужого «мира». Тогда почему же такой успех почти у всех?

Не потому ли, что уже накопилась «критическая масса» того, что называют потребностью в «самоидентификации»? То есть необходимости понять, что нас объединяет и даёт право называться народом? Объединяет по-настоящему, по правде. И как ни уводят людей во всякие экономические дебри, в территориальные вопросы, топя в ложной «толерантности», – ценности православия находят дорогу к людским душам. И все телевизионные машины не в состоянии остановить это движение. А если движение нельзя остановить, надо его, что? Правильно – возглавить. И возникает… Лунгин. Бешеный успех «Острова», вероятно, не только заслуга режиссёра и даже не умелая «раскрутка», а спрогнозированное удовлетворение колоссального внутреннего спроса. Вспомните, с каким вниманием миллионы телезрителей приникали к экранам, когда на них впервые было позволено появляться священникам. Это только потом разобрались, да и то далеко не все, что облачение могут надеть и Глеб Якунин, и раскольник Филарет.

Ища себя, своё настоящее, отличное от других и дающее смысл жизни, люди на подсознательном уровне, нутряно стремятся к Церкви. Туда, где тысячелетие копилась русская правда. Где её просто статистически куда больше, чем в мирской жизни. Так не в этом ли залог истового интереса к «Острову»? Когда достаточно продвинуть своего автора, впустив его на кинорынок хоть и с нежелательной, но крайне востребованной темой и получить собственного «гуру» православного художественного кино. Альтернатив нет. Православные своей системы производства и проката не имеют, а их влияние на действующую сегодня стремится к нулю. Поэтому «Остров» будет востребован по определению, а Лунгин стал на какое-то время монополистом. Пока ещё кому-то, кто устраивает нынешнюю систему, не устроят протекцию. Чтобы выпускать накапливаемый народный «пар» под собственным контролем и в желательном направлении. Лучше всего – в воздух. Главное – чтобы не было выбора, глаза должны открываться по команде. А в стране слепых и кривой король.

А вот теперь о том, с чего начиналась статья… О последнем аргументе, который позволил обо всём этом написать. Девятого ноября в программу «Познер» пришёл Лунгин. Вот ключевой вопрос ведущего: «Если дьявол предложит вам бессмертие – что вы ответите?» Лунгин ответил почти сразу:
«К своему стыду, я соглашусь». Не знаю уж, от себя Познер спросил или его «лично» попросили передать…

Суть в другом, человек слаб, Лунгин тоже, это понятно… Но вопрос был в лоб, не что-нибудь аморфное типа: «Если бы кто-то предложил бессмертие…», а конкретно – дьявол. И чем-то ритуальным запахло, когда в эфире на всю страну, почти сразу после повторного показа «Острова», утверждённый «гуру» православной режиссуры доложил: к прямому сотрудничеству с рогатым – готов, стыдно, но готов. Поехали дальше…

И ведь поехали! Это уже о фильме «Царь», снятом тем же Лунгиным. Где враньё всё, начиная от убогих декораций из какой-нибудь «Марьи-искусницы» с добавлением антуража из боевиков про гладиаторов и заканчивая произносимыми текстами. Нелепую режиссуру не спасают и актёры. Как ни бесится Иван Охлобыстин вперемешку с медведями, дыбами и вёдрами бутафорской крови – вся эта «творческая гора» рожает даже не мышь, а какого-то таракана. Которого травить лень, а давить – противно…

Единственно, что заслуживает внимания, – зачем это делается и кем. Зачем бывшему «старцу-кочегару» Мамонову дают играть садиста-упыря, называя его при этом почему-то Иваном Грозным? Зачем рафинированному интеллигенту пытаться изображать святого? Зачем вообще создавать весь этот бред, не имеющий никакого отношения к истории, за исключением имён и нескольких вырванных фактов, «передёрнутых» по усмотрению автора?

Не затем ли, что проект по лишению исторической памяти жив и поныне? Мы должны видеть русскую историю, свои корни так, чтобы стыдиться и бояться их? А раз в жуткую тьму и паранойю придуманной страны зрителя погружает раскрученный «светоч православного кино» – могут и поверить, что так и было. Не полезут же все в «Жития святых», не будут же вникать в труды Штадена или Таубе, даже Карамзина вряд ли откроют. Не прочтут зрители слова святителя Филиппа на суде, устроенном в Успенском соборе страшным, но и великим царём. Так и будут думать, что волокли избитого митрополита в какой-то дикой клетке, а не стоял он, увозимый в заточение, в простых дровнях, благословляя на обе стороны рыдающий по нему народ. Будут уверены, что русские цари, похожие на неопрятных маньяков, жгли в церквях монахов да устраивали публичные поедания детей медведями, чему народ русский очень радовался. Для этого сначала одним «Островом» создаётся кумир, который потом будет создавать новые декоративные «острова», жирными кляксами пачкая настоящую историю России. Спасает только то, что фильм плохой. И режиссёр оказался так себе. Пора нового «гуру» синтезировать? Или пусть Лунгин «триптих» доваяет? Что-нибудь ещё темнее, например, «Сталин». В главной роли, естественно, Пётр Мамонов. Троцкого и искать не надо, Хабенский уже в «Есенине» тренировался. Ване Охлобыстину можно на выбор Берию, Ежова или Ягоду предложить, чего уж теперь-то… Уж будет где разгуляться: темень, пытки, тупое быдло… Аншлаг с телераскруткой Первого гарантирован.
 


От: Денис <namewins@hotmail.com>
Тема: Лунгин, Познер и "Царь"


"Царь" Лунгина будет каждым интерпретирован так, каким он мнит себя быть в мире земном и пост-земном. Отбросим несовершенства режиссёра, актёров, политобозревателя, православных аналитиков, самого царя и его опричников.
История повторяется - вновь цари и опричники и мученики. Каждый из нас волен занять своё место и стоять на нём до конца или сойти. Масоны, понятно, своё имели, когда писали о царе Иване, но куда как большие враги были у Иисуса, который и мёртвых воскрешал и тысячи кормил пятью хлебами. Фигура царя всегда на земле жестока, будь он Иван или Владимир - он казнит врагов государства ради стабильности земного мира : многие из них ушли в монахи от такого хода вещей, кое-кто остался и стал милосерден к врагам, помня о пост-земном Суде своих дел, кое-кто приложил лить кровь к крови врагов своих. Кому верить - масонам или ромейцам "третьего рима" - также как верить в сотворение мира или его бесконечную эволюцию - дело веры. Ну нет доказательств бытия Божьего в сфере голого разума ! Все прахом падут и за дела свои ответят - и за жестокость и за ложь. Идти за Иисусом - наше дело, а за царём Иваном - большой вопрос, имея ввиду век 21. Тут не в царе Иване дело, а в вере нашей или в исход или в место под солнцем : кому-то, как митр. Филиппу, уже пора идти, а кому-то, как царю Ивану и его подвластным, есть ещё время кровь лить за идеи и каяться и страдать за кровь эту. Масоны своё трубить будут, а евреи, ждущие мошиаха - своё : христианам же Бог дал заповеди, творя которые станут они обителью Бога Вышнего и богочеловеками - вот он сюжет : как хочешь так и интерпретируй !


Андрей Крецу, Москва, Россия <ack200@gmail.com>
Тема: кто такой П. Лунгин

Спаибо этому "талантливому режиссеру" за к/ф. Царь, я еще сильней полюбил нашу Русь и великого
царя Ивана Грозного!

_______________

 


На главную